Георгий Сатаров
Если бы я попытался составить герб нынешней правящей династии Путина-Медведева-Путина, то приведенный выше заголовок должен был бы украсить его в качестве доблестного девиза. А еще четыре поля на ОМОНовском щите: слева внизу на лазоревом поле – нефтяная вышка; справа внизу на белом фоне – изумрудного цвета сотенная банкнота с изображением мудрого Франклина; справа на верху – черная Останкинская телебашня на серебряном фоне; и слева наверху – золотые наручники на черном фоне. Правда, красиво бы смотрелось?
Но картинка вторична. Главное – лозунг. Поэтому, пытаясь интерпретировать заявления (не путать с действиями) членов российского дуумвирата, нужно перемещать себя из реальности в виртуальное пространство, формируемое российской властью уже десять лет.
«Казаться, а не быть» - эта надпись на воображаемом гербе означает вот что: что бы ты ни делал раньше, делаешь сейчас или собираешься делать завтра - это совершенно не должно влиять на твои слова. Впрочем, ситуация не настолько примитивна, как это представляется на первый взгляд.
Есть еще два важных лозунга у этой десятилетней PR-кампании. Второй, конечно: «Не потеряй любовь!». Это означает, что всем надо говорить то, что им нравится, независимо от того, что ты делал раньше, делаешь сейчас или собираешься делать завтра. И независимо от того, что ты говорил другим вчера или собираешься говорить завтра.
Третий лозунг не для открытой печати, он, скорее, для закрытого протокола: «Легче и радостнее всего люди радуются розовым и несбыточным обещаниям». Это значит: обещай, обещай, обещай…
Теперь посмотрим через призму этого трехногого пиара на статью, опубликованную президентом Медведевым на умеренно либеральном сайте, посещаемом не больше, чем еще дюжина таких же сайтов. Понятно, кто читает сайт «Gazeta.ru», чего они ждут и чего боятся. Они хотят чуть больше свободы и правопорядка, несколько меньше воровства; они не хотят делать это сами, ибо страшно и лень, но будут рады, если за них это сделает добрый начальник, постепенно, аккуратно, без всяких потрясений, рывков и неожиданностей.
Они готовы этому верить, верить, верить… И поэтому им можно обещать, обещать, обещать… И будут любить, и можно будет казаться себе либеральным и демократичным. А одновременно можно попустительствовать правовому беспределу на выборах в Москве или подписывать законы, сужающие сферу действия суда присяжных, можно имитировать борьбу с коррупцией или раздавать бюджетные деньги для прямого разворовывания. Но это дела - они не имеют отношения к всенародной любви, поскольку дела журналисты не обсуждают. Они обсуждают обещания, как и я сейчас...
Конечно, в любой пропагандистской кампании важно выбрать правильный момент. Например, перед встречей с посредниками из Валдайского клуба. Ведь очень важно, чтобы обсуждали тайный смысл слов, а не губительные последствия дел. Тогда и вопросы будут задавать не про дела, а про слова.
Всем, кто с карандашом в руках читал статью президента Медведева, я напомню о некоторых сюжетах, которые он озвучивал во время своей избирательной кампании, так вдохновившей всех до полного ожидания оттепели.
Цитирую по смыслу: «Всех чиновников надо убрать из органов управления государственными компаниями». «Недопустимо, когда в правительстве торгуют министерскими постами». «Рейдерство – бич экономики». «Нам нужен независимый суд».
Крут был тогдашний кандидат в президенты. Ничего на тот момент в этом направлении не сделал, но был крут и конкретен. Не чета нынешнему президенту. Но вот прошло время, мы уже забыли про его конкретные обещания, и теперь обсуждаем общие слова.
И то сказать: демократия, ведь лучше, чем «недемократия»? А Путин лучше, чем «не-Путин». И Медведев лучше, чем «не-Медведев». А вот что касается чужой собственности, так лучше, когда она в руках «наших пацанов».
Добавьте комментарий
Ариэль Коэн
Статья Дмитрия Анатольевича Медведева на сайте gazeta.ru дала российской политической элите повод для размышлений. Во-первых, призыв «Вперед, Россия» было когда-то названием праволиберальной политической партии, которую создал покойный Борис Фёдоров, так что корни слогана явно либеральные, если не сказать демократические.
Во-вторых, здесь, на мой взгляд, содержится искусный намёк на создание другой партии – если «Единая Россия» под руководством В.В. Путина откажется, или, например, почему-либо не захочет «идти вперед» под руководством автора манифеста.
Судя по заявлению Путина на встрече с членами Валдайского Клуба, в которой участвовал автор, президенты бывший и нынешний между собой договорятся, и конкуренции между ними в 2012 году не будет, как не было её в 2008. «Личные амбиции между нами сведены на нет... Мы – одной крови», сказал Путин о себе и о преемнике.
Но политика – дело тонкое, тем более что, как говорил покойный английский премьер Гарольд Вильсон, «неделя в политике - большой срок». Сегодня – нет конкуренции, а завтра она вдруг есть.
Когда я читал манифест Медведева даже в первом приближении, у меня возникло несколько замечаний. Мне показалось, что, во-первых, мы имеем дело со своего рода «криком души» – но при этом души рациональной, прагматической, может даже холодной. И в то же время, на мой взгляд, такую масштабную критику собственной страны, собственной политической системы нелегко найти даже у таких «перестройщиков» как Барака Обамы, и даже Ельцина.
Ну, может, у Горбачёва можно найти - но мы знаем, чем она закончилась. Да, вот еще Ленин перед смертью с бюрократией стал бороться, но Сталин помешал. И второй инсульт.
Вернемся к Медведеву. Коррупция. Отсталость. Опора экономики на нефть и газ. Провальное здравоохранение и короткая продолжительность жизни. Пьянство и травматизм. Демографический кризис. Наверно, под такими тезисами не отказались бы подписаться и некоторые деятели нынешней американской администрации...
Во-вторых, не прописано, на кого намерен опираться в решении этих проблем сам автор. Есть намёк, что он хочет выйти в поисках опоры за пределы правящей партии. Говорит о том, что надо создать «открытую, гибкую... политическую систему», где лидерами будут парламентские партии, периодически сменяющие друг друга во власти.
Для этого нужно будет менять барьер проходимости в Думу, а возможно и отказаться от выборов по партспискам и вернуться к полной или частичной «мажоритарке». Прямая связь между избирателями и избираемыми, прямая ответственность политиков перед своим округом – великая вещь.
И еще один момент. Для того, чтобы проводить реформы заявленного Медведевым масштаба, необходимо раскрепостить СМИ, в которых, как говаривал классик, «для нас важнейшим является» – нет, не ленинское кино, – но все еще ТВ. Да, Интернет важен, и ДАМ им пользуется вовсю, за что ему почет и уважение, но не пробивает пока Интернет на всю глубь и ширь матушки-России.
Заявка российского президента на глубокие реформы, на очередной виток модернизации – еще и вопрос глубоко политический. Хочу напомнить, что Медведев стал президентом, имея политическую базу в количестве 1 (одного) человека.
Я считаю, что его последний манифест – это попытка такую базу расширить. «Наезд» на petrostate («нефтеналивное» государство) и на коррупцию, призыв «чистить» госкомпании - и создавать прозрачную судебно-правовую вертикаль – это выглядит как выпад против конкретных лиц, конкретных интересов, кстати говоря - очень мощных. На ТЭК и силовиков.
Политическая сеча может стать нешуточной. Так что, на мой взгляд, сейчас перед президентом России стоят два вопроса – сможет ли он «пробить» реформы, и позволят ли ему это сделать…
В американском углу полемического ринга - Ариэль Коэн, доктор политологии, ведущий эксперт Фонда «Наследие» по России, Евразии и международной энергетической безопасности, в российском - Георгий Сатаров, президент Фонда «ИНДЕМ». Каждую неделю участники «Поединка» ведут дискуссии на темы международной политики, американо-российских отношений, о спорных вопросах и общих ценностях, которые больше всего волнуют россиян и американцев.
